На непыльной должности первого зама я бы застрял надолго, поскольку осторожный Гектор не делал резких движений ни в какую сторону и оттого нравился странам большой пятерки Совбеза. Но тут невидимый игрок в гольф нанес еще один точный удар. Во время визита на Кипр вертолет, где находились Ангелопулос со свитой, потерпел катастрофу: лопасть задела за флагшток. Если бы Гектор погиб, то на его место, поскорбев месяцок-другой, отыскали бы равную замену; так уже было в 61-м, после аварии Дага Хаммаршельда. Но Ангелопулос, весь переломанный, остался жив. И пока его собирали по косточкам в центральном военно-морском госпитале США, пока заживляли ожоги и штопали порванную селезенку, заведовать Объединенными Нациями поручили мистеру Basil Kosizky. На время. До выздоровления главного лица. Подсиживать босса было не в моих правилах, поэтому я честно надеялся на возвращение Гектора. Вышло, однако, по-иному. В верхах рассудили, что лечение затягивается на непонятный срок и пора думать о преемнике. К тому моменту m-r Kosizky уже полгода де-факто руководил ООН, вполне устраивая большинство стран-участников. А от добра добра не ищут.

В общем, две недели назад я получил предложение, от которого не смог отказаться, – и при этом сразу вспомнил о давнем карточном раскладе моей незабвенной тетушки Степаниды. Все сходится. В ООН есть должность Генерального секретаря. И ее действительно могу занять я, Василь Козицкий. Не смешно ли?

Из пяти постоянных членов Совбеза, способных наложить на меня вето, четыре уже проявили лояльность к мистеру Kosizky. Штаты – потому что альтернативой мне был сириец. Соединенное Королевство – потому что «за» были американцы. Китай – потому что ждал от Штатов тарифных уступок и не хотел ссориться по мелочам. Франция – сам не знаю почему. Видимо, из-за моего неплохого прононса. Или, может, в имени моем нашли нечто галльское? Базиль де Кози. В родословной у меня определенно не без француза.