Хо-хо, парниша: я этот захват проводил в своей жизни раз пятьсот. Практики воз и маленькая тележка.

– Хочу обогатить вас полезным опытом, – мягко объяснил я. – Человеку вашей профессии не помешает знать, откуда берутся такие пятна… Рукой не дергайте, я ведь могу и промахнуться. Тогда будет хуже.

– Не надо, – зашептал парень. Его лицо сделалось белее модной рубашки. – Я… я уже понял…

– А по-моему, нет. Глядите сюда. Это будет быстро. Раз!

– Ох! – выдохнул парень. – Ух! – Теперь на его белоснежной манжете образовалось такое же пятно. Только большое и свежее.

У меня в кармане телефон сыграл мелодию из «Генералов песчаных карьеров».

– Ты где? – спросил Голубев. – Опять дрессируешь экспертов из техотдела?

– Никак нет, товарищ генерал, – доложил я шефу. – Я на первом этаже, в нашей новой химчистке. Бьюсь за права потребителя. Неделю назад отнес им куртку, а они сегодня возвращают ее мне с моим же пятном от ржавчины, которое я посадил, когда перебирал лодочный мотор. Вычистили, называется…

Перед тем как открыть у нас внизу ведомственную химчистку, штатным сотрудникам Управления клятвенно наобещали, что возьмут туда одних асов из химвойск, способных вернуть любой ветоши кондицию свадебной фаты. Экспресс-методом, всего за сутки. По новой супертехнологии, украденной у японцев орлами из Службы внешней разведки. Под это великое дело из наших зарплат автоматом удержали по пять процентов. А грязь и ныне там. Полагаю, хваленый метод был украден у японцев еще Рихардом Зорге. Просто рассекретили его только сейчас.

– Так, может, они пока не умеют отчищать эти пятна? – заинтересовался генерал. – Ну, типа, квалификацию еще не набрали?

– Может, – согласился я, поглядывая на парня в белой рубашке, сердито колдующего над своей испачканной манжетой. На столике перед ним сразу выросла разноцветная гора склянок. В воздухе уже пованивало чем-то едким. – Думаю, теперь у них появится стимул. Так что, товарищ генерал, если у вас в гардеробе найдется что-нибудь ржавое…